Анатолий Старовойт: «Коксующийся уголь на рынке есть, весь вопрос в цене»

Энергетический кризис в Китае и Европе отразился на всем мире ростом цен на энергоносители. В частности, для украинской металлургии сильно подорожал коксующийся уголь. Из-за нехватки сырья металлурги в сентябре приостановили работу ряда доменных печей и сократили объемы производства чугуна и стали.

Отечественные коксохимики по итогам девяти месяцев показали рост производства на 1,1%. Однако с августа ситуация в отрасли начала ухудшаться. Из-за снижения обеспеченности углем примерно на 15% коксохимические предприятия в сентябре сократили производство кокса на 13,4%.

Выход из сложившейся ситуации видится в увеличении импорта коксующегося угля или готового кокса. Правда, при высоких ценах на сырье такое решение может выглядеть спорным. Объем внутренних поставок хоть и имеет потенциал роста (в частности, шахтоуправление «Покровское» по итогам девяти месяцев повысило добычу угля на 7,1% – до 4,6 млн т), но ограничивается тем фактом, что внутренние источники в структуре потребления коксующегося угля обычно не превышают 25%.

Что происходит в коксохимической отрасли Украины и каковы ее ближайшие перспективы – в блиц-интервью GMK Center рассказал Анатолий Старовойт, генеральный директор Украинской научно-промышленной ассоциации «Укркокс».

В сентябре ситуация с обеспечением коксующимся углем украинских предприятий коксохима ухудшилась. Как сейчас обстоят дела?

– В сентябре из-за роста цен на уголь произошло снижение их поставок, что привело к уменьшению выпуска кокса. Также на динамике производства кокса сказалось снижение объема выплавки чугуна на металлургических предприятиях.

В октябре ситуация никоим образом не улучшилась, то есть осталась примерно на уровне сентября. В октябре падение выпуска чугуна продолжилось – на 8,5% по сравнению с октябрем 2020 года.

По итогам девяти месяцев украинские КХЗ увеличили производство металлургического кокса на 1,1% – до 7,3 млн т. Какой объем производства ожидается по итогам октября?

– Увеличения объемов производства не ожидается. В октябре коксохимзаводы отработали примерно на уровне сентября. В сентябре было выпущено 702 тыс. т кокса, или в среднем 25 тыс. т валового кокса в сутки.

Каковы ваши ожидания в отношении производства кокса на ноябрь-декабрь?

– Очень хорошим вариантом будет остаться на уровне сентября-октября. Всё зависит от работы металлургических предприятий в оставшееся до конца года время, а также от цен на энергоносители. Пока мы видим слишком много неопределенности. В таких условиях сложно что-либо прогнозировать.

Какой была структура потребления угля в октябре относительно внутреннего и импортного сырья?

– В процентном соотношении все осталось так же, как в сентябре. В абсолютном выражении – сейчас информации еще нет. Мы только собираем окончательные цифры.

Какова сейчас доступность коксующегося угля на рынке? Есть ли возможности его приобретения?

– Проблем с возможностями найти уголь нет. Он есть на рынке. У всех наших традиционных поставщиков – Канады, США и России – можно быстро законтрактовать необходимые объемы. Весь вопрос в неоправданно высокой цене.

Можно ли быстро исправить ситуацию с обеспечением углем поставками с шахтоуправления «Покровское»?

– Трудно сказать. Этот вопрос, скорее, к ш/у «Покровское», а не ко мне. Украинский коксующийся уголь в общей структуре потребления в последние годы занимал в среднем 20-25%, остальное – это импорт. Я не знаю ситуации на предприятии…

Сейчас в Китае энергокризис, стране не хватает угля. Ставки фрахта судов, используемых для доставки насыпных грузов, в этом году достигали многолетних максимумов. Возможны ли какие-то логистические проблемы при доставке в Украину коксующегося угля на фоне такой востребованности сухогрузов?

– Я не слышал о существующих или возможных проблемах при доставке угля морским путем.

Возможно ли, на ваш взгляд, что из-за высоких цен на уголь в дальнейшем вырастет импорт в Украину готового кокса?

– Это вполне возможная ситуация. Если будет дефицит угля, то, может быть, будет экономически целесообразным везти кокс из России или из других мест. Многое зависит от ситуации в металлургии: будут ли высокие цены на сталь и, как следствие, высокая маржа, которая покрывала бы такой импорт.

Как сейчас обстоит дело с инвестициями в коксохимическое производство в Украине?

– Сейчас у нас особых успехов нет – новые коксохимические мощности не вводятся. Пока мы эксплуатируем то, что имеем: ремонтируем, модернизуем, латаем.

Недавно вы были в Амстердаме на Eurocoke Summit 2021. Какие основные вызовы сейчас стоят перед мировой коксохимией?

– Главные вопросы, которые там рассматривались, – декарбонизация и экология. Декарбонизация и коксохимия – это антиподы. Там были доклады о необходимости отказа от коксовых батарей и тому подобное. Я такое на своем веку уже много раз видел и слышал. В истории развития технологий классические материалы заменялись, появлялись новые, например, композитные материалы. Но, как вы видите, именно цена стали сейчас всё выше и выше.

Какое же будущее ждет коксохимическую отрасль в условиях «зеленого» перехода?

– По этому поводу у меня особое мнение. Сейчас много говорят о водородных технологиях, и уже даже ездят транспортные средства, использующие в качестве топлива водород. Это, мол, решение проблемы выбросов углерода.

Но водород получать надо из чего-то. Чтобы получать водород из воды, для электролизера нужна электроэнергия. А чтобы получить электроэнергию, нужно, чтобы что-то сгорало, а это опять же выбросы углерода.